Евгений Кафельников: За деньги никогда не продавался и продаваться не буду!

– Вас только что включили в Зал теннисной славы. Какие чувства испытываете? – начинаем беседу с Евгением.
– А вы кому-нибудь еще подобный вопрос задавали?

– Да. Например, Александру Якушеву. Он в прошлом году вошел в Зал славы хоккея.
– И что ответил?

– Сказал, что расплакался.
– Вот примерно такие же чувства я и испытывал, – признается Евгений. – Сложно описать, что творилось у меня на душе. Это за гранью простого человеческого понимания. Тут надо просто знать, через что я прошел в течение карьеры, чтобы примерно представить, насколько мне важно такое признание.

– Сравнимо с ощущениями от победы на «Большом шлеме»? Или Олимпиаде?
– Это разные вещи, хотя и зависящие друг от друга. В мире не так много чемпионов «Шлемов». И еще меньше – олимпийских чемпионов. Но далеко не все из них входят в Зал славы. В котором сейчас, включая меня, На Ли и Мари Пирс (нас втроем включили одновременно), чуть больше 200 человек.

– Из россиян еще кто-то есть?
– Марат Сафин. Он был первым. Ему посчастливилось попасть в номинанты в 2016 году и пройти с первой попытки. Другие ребята, которых тогда номинировали, все-таки были немного ниже уровнем. Меня же раньше выдвигали уже дважды. В первый раз я уступил Густаво Куэртену, и тут все без вопросов – я преклоняюсь перед Гугой и как перед личностью, и как перед спортсменом. Кому проиграл во второй раз, если честно, не помню. Зато теперь все, наконец, сложилось.

– А как же наши девушки?
– Пока в Зале нет никого. Если не ошибаюсь, и никого пока не номинировали. Но уверен, что в будущем это случится. У нас достаточно теннисисток, которые добились успеха. И оставили свой след в истории.

– Вот Алексей Ягудин отреагировал иначе. Его включение в Зал славы фигурного катания не впечатлило никак. Сказал, что если бы это случилось лет 15 назад, то было бы важно. А сейчас – уже все равно.
– Все люди разные. Я – не такой. Моя карьера тоже закончилась давно – еще в 2003-м. Прошло много времени. Но даже если бы меня включили в Зал славы еще лет через двадцать, то я бы все равно был счастлив так же, как сейчас.

– Как проходила церемония?
– В этот раз ее перенесли на вечер из-за жаркой погоды. Была прямая трансляция на теннисном канале. Меня спрашивали о том, нужен ли переводчик, но я решил использовать весь свой запас английского. Получился очень красивый вечер, огромные ощущения… Я был потрясен экспонатами музея зала славы. Когда ты просто приходишь как посетитель – ты воспринимаешь это отстраненно. Когда видишь свой стенд в ряду великих чемпионов, Лейвера, Штеффи Граф, Борга… Всем рекомендую посетить этот музей.

– Общаетесь с теннисистами своего поколения? С тем же Энквистом?
– Энквиста видел два месяца назад на «Ролан Гаррос». Пообщались как приятели, вспомнили наши матчи. Думаю, и мне было приятно, и ему. Где-то я его побеждал, где-то он меня. Я помню проигрыш ему в Париже в 1996-м – и этого титула у меня так и нет. А у него есть. Так что каждому есть что вспомнить.

– Назовете трех лучших теннисистов в истории?
– Какой неблагодарный вопрос! Вот кого выбрать из тройки Федерер – Надаль – Джокович? Я бы всех в одну строчку вписал. Как и звезд моего поколения. И тех, кто был раньше… Однозначно, в топ-3 обязан быть Род Лэйвер. Великий теннисист. Легенда! А кто еще – там список из пары десятков имен. Я выбирать не возьмусь.

– Восемь лет у нас не было теннисистов в топ-10 – если говорить о мужском рейтинге. Сейчас там сразу двое – Карен Хачанов и Даниил Медведев. Прогресс налицо?
– Очевидно! Это в любом случае событие знаковое. Для них самих – в первую очередь. И для всего нашего тенниса тоже. Ведь дело не только в «десятке». Дело в том, что на протяжении многих лет у нас не было игроков, способных регулярно доходить до второй недели «Больших шлемов», бороться за титулы на турнирах… А теперь есть. Я рад за ребят. И, конечно, надеюсь, что они на этом не остановятся.

– В теннисе за последние годы вообще мало что менялось. Федерер, Надаль и Джокович как побеждали в начале десятых, так и сейчас все выигрывают.
– Ну, в наше время тоже звезд хватало. Были Пит Сампрас, Андре Агасси, Борис Беккер. Много других великих игроков. Думаете, против них было легче? Но мы как-то боролись. И что-то выигрывали. В любом случае никто не вечен. Рафа, Роджер и Новак рано или поздно уйдут. И им на смену придут другие чемпионы. Надеюсь, в том числе – из наших ребят.

– Вам как любителю «Что? Где? Когда?» специальный вопрос от знатока Максима Поташева: «Когда у России появится новый олимпийский чемпион в теннисе»? Минута пошла!
– Ох, как сложно ответить! – смеется Евгений. – Взять золото Игр – сложнее, чем покорить «Большой шлем». Олимпиада ведь проводится лишь раз в четыре года. Тут очень многое должно совпасть, и звездам надо нужным образом сложиться, чтобы реально был шанс ее выиграть. Да в «Спортлото» победить проще, угадав 6 номеров из 49!

– Свою победу помните?
– Помню, что осознал – у меня такой шанс, который надо обязательно использовать! Чтобы потом не корить себя остаток всей жизни. Я относительно легко выиграл в Сиднее две первых встречи. И дальше просто делал все, чтобы победить в остальных. Чисто со спортивной точки зрения олимпийский турнир не отличается от обычных – игры почти каждый день, матчи – из трех сетов (в финале – из пяти), привычные, знакомые соперники. Но атмосфера, конечно, совершенно иная. И цена победы – куда выше.

– Вы жили в Олимпийской деревне?
– Жил в гостинице, но целый день был в олимпийской деревне. Обедал, ужинал, в гостиницу ездил только спать. Был среди спортсменов. Постоянно встречались, общались. Видели многих звезд. Да и к нам относились, как к звездам. Помню, что многие с восторгом смотрели на меня и Марата – он за две недели до Сиднея выиграл US Open. Мы с таким же восторгом смотрели на Александра Карелина и остальных наших легенд. На сборную «дрим-тим» из НБА. Это – особые воспоминания. Такое надо пережить, прочувствовать…

– Насколько высока в теннисе ценность олимпийского золота?
– Что вы хотите от меня услышать? Променял бы я эту медаль на победу на Уимблдоне? Нет, не променял бы. Зачем отказываться от того, с чем меня в первую очередь ассоциируют в моей родной стране? В том месте, где я живу?

– Вас много, с чем ассоциируют. Вы – первый россиянин, выигравший турнир «Большого шлема». И первым из наших возглавили мировой рейтинг…
– Вы это знаете, поскольку следите за теннисом. А для большинства я в первую очередь – именно Олимпийский чемпион. И я это очень ценю. А посмотрите на Максима Мирного? Его олимпийское золото стало венцом всей многолетней карьеры. Спросите его, обменяет ли он его на что-то?

– У Роджера Федерера есть еще шансы выиграть личное олимпийское золото? Пока швейцарец побеждал только в паре – в Пекине-2008.
– Мне сложно сказать, что ждет его в Токио. Мы слишком многого не знаем. Даже того, какое там будет покрытие. Но, думаю, для Федерера победа на Играх – дополнительная мотивация. Как и для Джоковича. Только Надаль пока сумел взять все «Большие шлемы» и Олимпиаду. Роджер и Новак этого сделать не смогли. И оба понимают, что для них эти Игры, скорее всего, станут последними. А это их серьезно подстегнет.

– С мужским теннисом у нас вроде порядок. Что происходит с женским? Лучшая спортсменка страны – Дарья Касаткина – только на 40-м месте в рейтинге.
– Для меня это большая загадка – что с ней случилось? Девушку будто подменили! Она же очень талантливая, а талант никуда не уходит. У Даши все есть, она все умеет – разве что, подачу надо улучшать. И вдруг – такой провал в этом сезоне… С чем он связан, чем вызван – не имею понятия. Но наблюдать за этим очень грустно.

– В прошлом году вы написали в твиттере: «Елена Рыбакина – запомните это имя». Тогда она дошла до полуфинала в Санкт-Петербурге. Неделю назад – взяла первый титул. Вот только представляет теперь Казахстан.
– Потенциал у Лены был виден сразу. Не только технический. Главное – отношение к работе. Это заметно даже по взгляду. Она амбициозная, очень старательная, и при этом – послушная девушка. Всегда внимательно слушает, что говорит ей тренер, что советуют остальные. Не удивлен, что она прогрессирует.

– Но почему сменила спортивное гражданство?
– Это сугубо личное решение. Чем вызвано – не знаю.

– Обычно все упирается в деньги. Казахстан дает средства на нормальную подготовку, снимая с игрока всю головную боль на этот счет…
– Вот, вы сами все знаете. Это больная тема. Я не то что ругался, но много дискутировал с Шамилем Тарпищевым (президентом Федерации тенниса России, – Прим. ред.) на этот счет. Говорил, что нельзя никому позволять просто так приходить и переманивать наших спортсменов. В России – очень сильная теннисная школа, но у нас не хватает ресурсов, чтобы помогать игрокам, когда они выходят на взрослый уровень. А президент казахской федерации (Булат Утемуратов – Прим. ред.) владеет состоянием в несколько миллиардов долларов. Конечно, ему несложно выделить 400 тысяч на молодого и талантливого теннисиста, чтобы обеспечить ему все необходимое. Случай с Рыбакиной – далеко не первый. Как справиться с этой тенденцией, мы не знаем.

– Из тех, кто продолжает выступать за Россию, кто подает особые надежды?
– Мне очень нравится Кудерметова. Талантливая девушка. И может очень много добиться.

– Старшая (Вероника) или младшая (Полина)?
– Младшая, говорят, даже талантливее! Но посмотрим. Надеюсь, их обеих ждет успех.

– Что насчет Марии Шараповой? Ее последнее возвращение закончилось новой травмой. Реально увидеть ее на прежнем уровне?
– Я не знаю ответа. Мы с ней не близки. Я не в курсе, что происходит внутри – в ее команде и в ее голове. А не имея этой информации, предсказать что-то сложно. В такие времена, как у Шараповой, самое трудное – найти мотивацию. Что-то такое, что даст себе силы продолжить тренировки по 5 часов в день. Простая любовь к теннису тут не поможет. Мария все выиграла – была первой в мире, собрала «Большой шлем». Ей неинтересно просто вернуться в топ-10. Здесь нужно что-то большее.

– Олимпийское золото?
– Как вариант.

– Вы писали, что есть вероятность увидеть Шарапову на «Кубке Кремля» этой осенью.
– Пока такой вариант изучается. Но шансы – 50 на 50. Либо она приедет, либо – нет. Мы высказали свои пожелания, обозначили наши возможности. Решение – за Марией. Все будет зависеть от того, захочет ли она лететь в Москву, в какой будет форме и какой у нее будет график.

– Еще одна наша звезда – Светлана Кузнецова – не сумела попасть на турнир в Вашингтоне, поскольку ей не сделали американскую визу. Хотя она сдала паспорт в посольство еще в феврале.
– В курсе этой истории, но опять же не знаю нюансов. Что именно случилось со Светой? Я делал визу в США недавно, полгода назад. Там стандартная процедура – заполнил заявку на сайте, спустя 2 месяца получил приглашение в консульство. Прошел собеседование. Ни малейших проблем не возникло. Задали лишь один вопрос: «Вам визу на год или на три?». Конечно, попросил на три. С чем связаны трудности Кузнецовой – я не в курсе.

– На протяжении карьеры ни с чем таким не сталкивались?
– Ни разу! Даже больше скажу – я дважды путешествовал совсем без виз! В 1993 году. Шенгена тогда не было, и в каждую страну Европы нужна была своя, отдельная. Помню, с турнира в итальянском Больцано пришлось ехать в Лион. На границах в Европе контроль еще был. Но, скажем так, условный. Обычно пропускали всех подряд, без проверки. Французской визы у меня как раз не было. А ехали мы на машине. Как по закону подлости, именно нас остановили. Изучили мой паспорт. Удивились. Но что вы думаете? Спустя 30 минут – отпустили! Без всякой визы. Просто так. Тогда, в Лионе, я добился первой серьезной победы – в первом раунде выбил Михаэля Штиха (четвертую ракетку мира в тот момент; спустя три года, в 1996-м, именно Штиха Евгений обыграет в финале «Ролан Гарроса», завоевав свой первый «Большой шлем», – Прим. ред.). А прямо оттуда улетел в Стокгольм, – продолжает Евгений. – И тоже – без визы! В Швеции на паспортном контроле это, конечно, заметили. Но тоже простили. И пропустили. Настолько было все демократично. Или, может, я – такой обычный, 19-летний юноша – вызывал у пограничников доверие? Не знаю.

– Что происходит с шведским теннисом? Страна, подарившая миру Борга, Виландера и Эдберга – не может собрать команду на Кубок Дэвиса.
– А что происходит у нас с спортивной гимнастикой? Естественный кризис. Футбол и хоккей отвлекают внимание на себя, это самые популярные виды спорта. Ибрагимовича, Форсберга и Сундина знают все. В любой команде НХЛ есть шведская звезда, на которую хотят ориентироваться подростки.

– Вы не продлили свой абонемент на матчи «Спартака» в новом сезоне.
– Я даже первые два матча не смотрел! Знаю счет. Знаю, кто там забил. И что команда набрала 4 очка, занимав 5-е место (разговор прошел до 3–го тура, сейчас «Спартак» – 10-й – Прим. ред.).

– Сейчас много говорят про судейство матчей «Спартака», обсуждают назначение на должность бывшего арбитра Ходырева, якобы существующие родственные связи Сергея Прядкина (президент РФПЛ) и менеджера «Спартака» Томаса Цорна…
– Я видел эпизод с неназначенным пенальти в ворота «Спартака» в матче с «Сочи», мне не понравилось то, что я увидел. Я не хочу верить в теорию заговора, но если все вокруг говорят об этом – наверное это имеет место. Но мне это не интересно. Как и судьба тренера Кононова. Если он сам не понимает, что с ним скоро обойдутся, как со всеми остальными тренерами – поймет. Уволят, поблагодарив, и выставят фотографию стадиона.

– Почему не ходите на стадион и не смотрите матчи?
– Не хочу это видеть.

– А если ситуация улучшится? Если к зиме красно-белые выйдут на первое место?
– Для меня ничего не изменится. Мне не нравится то, что творится с командой. Я был против ухода Карреры. Я не согласен с политикой клуба. И со всем тем, что происходило в последние полтора года – после победы в чемпионате России. Все эти интриги, скандалы. История с «номером 8»…

– Владелец «Спартака» как-то сказал, что готов отдать команду болельщикам.
– У меня была информация, что он был готов продать клуб. И даже покупатель нашелся. Но что-то там не сложилось. В итоге он оставил клуб себе. И оставил прежнюю игру. Хорошо, пусть играют. Только уже без меня. Я вам так скажу – зачем приобретать акции «Спартака», если ты болеешь за «Динамо» Киев?

– Если вернуться к абонементу…
– Ну вот ради чего я должен заплатить 200 тысяч рублей? Кто из состава «Спартака» заслуживает моих кровно заработанных денег?

– Может, Джикия?
– Окей, Джикия. Еще – Зобнин. Но и все. Я не готов платить за остальных. Меня оттолкнуло все то, что случилось в команде в последнее время. И позицию менять не намерен.

– Кто мог бы возглавить «Спартак»? Ну, помимо Карреры.
– Не знаю.

– Парфенов?
– Дима – хороший тренер. Но дело не в этом. Любому тренеру нужен достойный материал. А тут хоть Гвардиола, хоть Фергюсон, Зидан и Моуринью ситуацию не спасут. С таким составом просто нереально добиться результатов, которых ждут болельщики «Спартака».

– А чего ждут болельщики?
– Чемпионства.

– Кубок России – не в счет?
– Кому он интересен?

– Как вариант – «Локомотиву».
– Возможно. Но для «Спартака» есть только один критерий успеха – победа в премьер-лиге. А ее с нынешним составом не будет.

– И вылетать от «Тосно» в Кубке – это, в общем, нормально?
– Разумеется, нет! Но это только подтверждает главное – в команде все плохо.

– Еременко был нужен «Спартаку»?
– Я изначально скептически отнесся к этой истории. Считал, что не нужен. Но увидев, как он владеет своей правой ногой, как грамотно мыслит на поле, изменил свое мнение. Как он умеет играть в футбол – все видят. А в итоге… Вышло, как вышло. Но я не в праве давать указаний. Я не вхожу в руководство команды, не владею акциями клуба. Я – просто болельщик. И от меня ничего не зависит.

– Есть слухи, что Каррера может возглавить «Динамо». Как вам подобное развитие событий?
– Я был бы «за». Пусть Массимо и говорил, что будет работать в России только с одной командой – со «Спартаком». Многие болельщики – как настоящие, как и «псевдо», считают, что он вытянул счастливый билет. Что ему просто повезло, что «Спартак» снова взял чемпионство именно под его руководством. Я считаю иначе. Каррера – очень сильный тренер. И его вклад в тот успех очень значим. Если будет возможность вновь наблюдать его работу – я с удовольствием этим воспользуюсь.

– И купите абонемент «Динамо»?
– Буду следить за их игрой по телевизору, сидя на диване. Болеть за Массимо. Желать ему успеха. Пойду ли на стадион? Я не знаю. Абонемент? Нет.

– Верите в возвращение Кокорина и Мамаева в футбол?
– Да. На нашем уровне они останутся конкурентоспособны, если сами захотят этого.

– Вы звезда твиттера?
– Наверное, это не главный статус…

– И все же – вы там много высказываетесь на неспортивные темы. Что вы имеете против депутата Булыкина? Почему не поставили подпись за него?
– Кафельников не может работать под началом Дмитрия Булыкина. По определению. Вы читали его интервью? Вы поняли, каким он будет депутатом? Я – нет. Он хочет развивать что-то? Окей. Но без меня. У меня есть другой кандидат, моя подпись оставлена за него.

– Вы не скрывали, что пойдете на митинг.
– Я был на Тверской, потому что хотел увидеть настроение соотечественников.

– Каких именно?
– Порядочных. Их права сейчас ущемляются, им говорят – будьте довольны, что вы просто дышите воздухом. На мой взгляд – это за гранью разумного.

– Но вас же могли «упаковать»?
– Автозак? Чему быть, того не миновать. Но я все же мирный человек, я не делал ничего такого, что заслуживало бы санкций. Я с людьми. Я хочу мирно высказать свое мнение. Просто так меня в автозак не упакуют, это будет скандал. Я имею ту же точку зрения, что эти кандидаты, я считаю, что мои права были унижены. Я готов выйти за это. Никого не бить, и ничего не разрушать, просто высказать свое мнение. Я не хочу, чтобы мои интересы унижали, я хочу, чтобы у людей был выбор. Чтобы в моем 43-м округе был кандидат, за которого я дал свою подпись. Мне не нравится подход «дышите столько, сколько вам скажут, а то потом перекроем краник с воздухом». Все должны понимать, что чему быть – того не миновать. Если людям хватает денег только на то, чтобы питаться – они понимают, почему это происходит. И рано или поздно они начнут задавать вопросы.

– Почему, на ваш взгляд, это происходит?
– Потому, что многие хотят обогатиться за счет других очень быстро и безнаказанно.

– С вами непросто обсуждать политику…
– Почему? Потому что мы, спортсмены, в ней ничего не понимаем?

– Для вас образ Ельцина, наверное, несколько иной, чем для всей остальной страны. Он очень любил теннис, и поддерживал его.
– Мое отношение к Ельцину от этого не зависит. От тенниса – никак. Мне лично он не помогал, мне помогла компания, которая тогда поверила в меня и в моего тренера Анатолия Лепешина. Если бы не было их – теннисиста Кафельникова не было бы вообще. Поэтому я Ельцина оцениваю только как политика. Я понимал, что он любит теннис. Но это не главное. Он взял страну, в которой не было вообще ничего. И оставил то, что оставил. Не самое плохое. Да, его критикуют за чеченские войны. Но многое может быть гораздо страшнее.

– С украинскими теннисистами общаетесь?
– С Медведевым – конечно. Нормально общаемся. Политику не обсуждаем, решили, что это не нужно нашим отношениям. Я свою позицию по Украине много раз высказывал. Когда вся эта история началась. Но потом решил – что вообще не нужно ничего писать на эту тему. Это их личное дело, они строят свою страну так, как считают нужным. Можете почитать мой фейсбук – и посмотреть, как реагируют на это украинцы.

– У вас в твиттере спрашивали, где бы вы хотели жить – вы ответили, что только в России. Но допускаете иное развитие событий?
– Пока что – нет. Мне здесь очень нравится, мне здесь комфортно и хорошо. Естественно, если дойдет до того, что гайки закрутят так, что я и мое окружение просто не сможет дышать воздухом – естественно, придется что-то менять. Извините, но если встанет выбор – либо меня посадят, либо я уезжаю, – я, конечно, уеду. Жизнь дается один раз. Я думаю, я везде найду себе работу. Но надеюсь, что до этого не дойдет. Сейчас я может быть, не востребован, но никакого дискомфорта от этого я не испытываю. Сколько денег должны заплатить Кафельникову за участие в политической акции? Кафельников за деньги не продается и продаваться не будет.

– В том же твиттере была история с вашим высказыванием про Шарапову. Журналистка Софья Тартакова поставила вопрос: может ли человек, высказывающий такую позицию – быть вице-президентом федерации тенниса России. Как вы восприняли это? Есть ли какие-то выводы?
– Вывод один: канал «Матч ТВ» в моем черном списке. Уже три с половиной года. Никаких интервью, никаких комментариев. Я общаюсь с комментаторами «Матч ТВ», с тем же Шмурновым, но это личное общение. Другого не будет – пока госпожа Тартакова не принесет официальных извинений за свои высказывания.

– В чем ее главная провинность? Она ведь считает себя правой?
– Она считает, что у меня нет права высказывать мое личное мнение. Я считаю, что нельзя пользоваться допингом, и оставаться идеальным примером для молодежи. Это мое личное мнение. Она считает иначе. Но не я ей рассказываю, кто что может говорить, а она мне. Вот и все.

– Смотрели сериал «Чернобыль»? Вот хоккейному тренеру Назарову он не понравился.
– Обязательно посмотрю. Все отзываются о нем очень положительно. Мне не всегда хватает усидчивости, а такой сериал надо смотреть, не отрываясь. Но я найду в себе силы.

– В твиттере вы призывали посмотреть фильм «Курск».
– Хороший фильм, мне очень понравился. Считаю, там не только эмоции, но и вся история рассказана не совсем так, нам ее подавали официально. Мне лично кажется, что там больше правды.

– Телевизор вообще часто включаете?
– Нет. Почти совсем нет. Только спортивные трансляции.

– Тренировать вас совсем не тянет? Ездить целый год по турнирам с игроком – вы сможете?
– Варианты есть. Но я должен видеть перспективу, я должен быть уверен, что мы можем сделать продукт. И – я ни при каком варианте не готов быть «бэби-ситтером» для родителей этого продукта. Вы сами понимаете, никаких звонков в 12 ночи от родителей я не потерплю, и никому психическое спокойствие обеспечивать не буду. С другой стороны, брать опытного теннисиста нет особого смысла. Чему я могу его научить, если ему 20 лет? Ударам справа, слева или с лета? Нет, это все закладывается гораздо раньше.

– Но все-таки вы об этом думаете?
– Есть сын моей родной сестры. Ему сейчас 9 лет. Пока нет необходимости ежедневно с ним работать, но через пару лет – все возможно. Может быть, он приедет в Москву, может быть, я вернусь в Сочи.

– К слову о Сочи. Вы следите за одноименной командой премьер-лиги?
– Да, знаю, что на первый домашний матч пришло почти 30 000 болельщиков. При случае обязательно схожу – я пока что еще не был на «Фиште». Мне кажется, очень хорошо, что эта команда появилась. Появилась именно в том регионе, где даже в декабре можно нормально играть в футбол. Но – это мое личное мнение, – было бы лучше вернуть ей историческое название. Все-таки, «Жемчужина» – это определенный бренд.